Все таки Константин Гоппе - редкостный организатор. Летом 2006 он организовал серьезное путешествие по бездорожью Алтая и Тувы для почти десятка экипажей на абсолютно разных автомобилях.
Оригинал рассказа можно посмотреть здесь.

Далее текст автора. Орфография и эпитеты сохранены.

 

Больше 3000 км по малодоступным местам Алтая и Тувы на обычных автомобилях.

Часть первая, теоретическая.

Целый год мы готовились к этому событию. Целый год собирали информацию, сколачивали команду, готовили машины.
Экспедиция планировалась, как поездка сообщества свободных автомобилистов-любителей, самостоятельно готовящихся, имеющих возможность в любой момент оторваться от группы и уйти в самостоятельно «плавание», объединенных идеей маршрута и сроками.
Как показали итоги – замысел был верен. В группу собрались очень разные люди, на разной технике, с разными характерами. Благодаря изначальным замыслам, удалось достичь главного – маршрут пройден не как самоцель, а как отдых с элементами экстрима и драйва. Не было никаких обязательств ни друг перед другом, ни перед спонсорами, ибо таковых не было. Не было жестких обязательств по срокам того или иного этапа и это способствовало спокойному прохождению тяжелых участков, прохождению в режиме «экстремального отдыха», а не командной гонки или обязательного туристического графика, когда «кровь из носу», но тот или иной участок нужно пройти строго в заданные сроки. Не было даже жесткой задачи обязательно пройти весь маршрут целиком и всеми экипажами. Кстати, никто так и не рискнул идти в Шорию, по разным причинам, некоторые из которых будут приведены далее.
Кроме того, был значительный элемент неизведанного, потому что никто из участников ранее этот маршрут не проходил. На руках были карты и атласы – двухкилометровки, GPS и трек до озера Ак-Холь. Также был прописанный маршрут, со слов проходивших его участки и информации из справочников и Интернета. Как показала практика, не всегда информация верна. Иногда она вовсе даже не верна, просто категорически не верна.
Идея проведения автопробега возникла в головах двоих его будущих участников – меня и Виктора Анисько (на автофоруме НГС – «Ганимед»). За неимением транспорта для прохождения маршрута первоначально предполагалось использовать подшаманенный УАЗ моего отца. Идея была сомнительна, поскольку «шаманить» нужно было много, а времени на это – мало, ибо стоял сей УАЗ в 400 км. от Новосибирска и ездить туда ремонтировать не представлялось возможным. Да и то, что он был довольно старым тентованным пылесборником, не добавляло ему привлекательности.
Проблема решилась тем, что Витя поимел смелость сменить свой достаточно свежий Нисан Вингроуд на неплохой в идее Форд Эксплорер 1992 года с коробкой-автоматом. Путем не очень больших вложений машина, как нам казалось, была доведена до состояния годности к планируемой экспедиции. Наивные….
Информация об экспедиции для сбора участников размещалась на моем сайте и в специальном разделе автофорума НГС (Новосибирский Городской сайт). В начале июня был проведен первый и единственный сбор потенциальных участников экспедиции. В результате образовался список команд, которые, в основном, и прошли запланированным маршрутом.

Вот команды, на том или ином этапе участвовавшие в экспедиции:
1. Ford Explorer (организаторы экспедиции, Новосибирск)
Анисько Виктор
Гоппе Константин, ваш покорный слуга
Гоппе Иван, мой сын 12 лет.

2. Toyota Prado 90 кузов (Омск)
Гехт Евгений
Жена Наталья

3. УАЗ-31514 (Новосибирск)
Банин Александр
Жена Виталия или просто Иля
Собака (такса) Каспер (своенравная и злая)

4. Toyota Prado 90кузов (Новосибирск)
Гершензон Александр
жена Елена

5. Suzuki Escudo (Новосибирск)
Бабурин Данил
Бабурина Олеся
дочь Настя 12 лет.

6. Nissan Patrol (Новосибирск)
Адамович Андрей
Адамович Татьяна

Следующие два авто – «Команда искателей геморроя» на, казалось бы, совершенно не приспособленных для таких экспедиций машинах.

7. Toyota Corona 4WD (Новосибирск)
Петроченко Василий
Нечаева Маргарита
Богданов Сергей

8. Toyota Carib 4WD (Новосибирск)
Чагин Роман
Катя
Андрей Кичеев

И экипаж, проехавший только до первой переправы через Бугузун, но очень много сделавший в информационном плане. Без них мы, после всех приключений на Форде, могли бы и не догнать основную часть экспедиции.
9. Ваз 2106 (Новосибирск)
Сорокин Александр, а с ним две Анны и Виктор.

Местом сбора всех участников экспедиции было назначено устье реки Большой Яломан, недалеко от поселка Иня, на Чуйском тракте, примерно в 680 км. от Новосибирска, вечером 23 июля. Такое решение принято в связи с тем, что транспортные средства у всех разного класса и проходить первую часть маршрута совместно по федеральной трассе достаточно бессмысленно.
На Яломане хорошие стоянки, а на следующий день все вместе мы собирались получать пропуска в погранзону, в погранотряде в Акташе. Как в дальнейшем выяснилось, пропуска оказались совершенно бессмысленными и ненужными, что, однако, не является призывом к тем, кто пойдет по нашим следам, не тратить времени на их оформление. Если нам повезло – это не означает, что повезет всем. Всё-таки погранзону еще не отменяли.

Часть вторая, трагикомическая

22 июля, 400 км. Всё пока хорошо.

Новосибирск – Осколково Алейского района Алтайского края.


В экспедицию закупили всё, что нужно для автономного существования в течение 2 недель. Одних продуктов набрали килограммов 100 вместе с упаковкой. Иной раз казалось, что там все 300кг. Машина заметно присела на корму.
Сборы позади, и утром 22 июля, в ясную и теплую погоду, мы выехали на здоровенном Форде Эксплорере в сторону моей родной деревни, постоянного места для старта всех моих горных начинаний. По ходу я постепенно приучался к новому для меня рулю американского внедорожника, так не похожего по поведению на дороге ни на привычные легковые седаны, ни на наши УАЗы. Машина тяжелая (2,5 тонны), по поведению больше похожая на грузовик, чем на легковуху. Больше 90-100 ехать на нем тяжеловато, да и бессмысленно. Настроение было праздничным, не испортила его даже первые признаки будущей поломки спидометра (и одометра тоже), что привело к отсутствию в моем рассказе ежедневного точного километража. Датчик скорости (а это ломался он) сдался, уже когда мы вновь вышли на трассу к месту встречи с участниками экспедиции. До этого он работал исправно – результат нашей совместной работы.
Прошли в этот день около 400 км., удивили полдеревни своим появлением. На следующий день планы были пройти до места встречи, попутно опробовав ходовые внедорожные качества на участке неизвестной мне по качеству, но существующей теоретически горной проселочной дороги в районе между Верх-Слюдянкой Усть-Калманского района и Сибирячихой Солонешенского района.

23 июля. 90 км. на Форде и столько же на Патриоте в качестве пассажиров.

Осколково – Верх-Слюдянка – Осколково.


Чтобы сократить путь до Б.Яломана и одновременно опробовать внедорожные качества Форда, мы решили не ехать привычным путем. Около Усть-Калманки нас остановили гаишники, и, узнав, что мы идем в такое экстремальное путешествие, устно позавидовали. Лучше бы они этого не делали…
Проехав по хорошему асфальту через Усть-Калманку (попутно забыв там на АЗС лючок бензобака, но это мелочи по сравнению с дальнейшим), Новокалманку и Огни, мы свернули с трассы, ведущей далее в Бийск, в направлении на маленькую затерянную в горах деревеньку Верх-Слюдянка, от которой, по нашим расчетам, около 25 км. проселка до Сибирячихи, откуда должна продолжиться хорошая дорога уже до места.
С высоты пройденного в дальнейшем, я всё-таки прихожу к выводу, что, несмотря на выпавшие на нас в этот день испытания, они не прошли даром, ибо, если бы мы ощутили возникшую проблему где-нибудь в районе Бугузуна (скорее всего) или даже Хиндиктиг-Холя (что на порядок хуже) – проблема могла бы вырасти до уровня вызова эвакуационного вертолета.
Повернув с трассы, мы, наконец-то, въехали в горы. Дорога шла по красивым распадкам, на подъезде к Верх-Слюдянке пошли лесистые горы. В целом пейзаж напоминал район Горного Чарыша, что, впрочем, немудрено, потому что мы находились в самом начале Бащелакского хребта, выходящего в долину Чарыша.
Сама деревня находится в очень красивом месте, и жаль, что она фактически вымирает. Из жителей остались в основном пенсионеры и пасечники, довольно небедные, ибо у каждого во дворе стоит не одна единица техники, в том числе УАЗ-Патриот. Последнее стало для нас в этот день важнейшим фактором. Этот случай нам позволил поближе познакомиться с этим вариантом отечественного паркетника (как его позиционирует сам производитель). Что-то хорошее приобрела машина, а что-то и потеряла.
На въезде в деревню местный житель, обладатель Нивы, уверенно сообщил, что мы спокойно проедем, «на днях тут шестерка проезжала». Окрыленные, мы проехали деревню, слегка заблудились на окраине и спросили пасечника (одного из тех, с Патриотом во дворе) о дороге. Он указал направление и предупредил о высокой траве. Мы значения этому не придали. А зря...
Машина как-то тяжеловато тронулась с места, но дальше пошла бодро. Первые примерно 3-4 км. всё было отлично, дорога петляла между гор, была мягкой, но не топкой. Дальше пошла трава. Потом я, будучи не очень опытным джипером, умудрился посадить Форда на мост. Колея была УАЗовская, а Форд груженый. Включили мосты и все дополнительные опции и вылезли. Через пару км. из-под машины запахло и пошел дым. Проверили – вроде не масло. Как оказалось позже – это был дексрон, жидкость в автоматической коробке передач. Это и была та проблема, которая преследовала нас всю дорогу. Она решилась бы постановкой дополнительного вентилятора в системе охлаждения, но руки до этого до начала экспедиции не дошли.
Позже, уже в Новосибирске, при ремонте коробки оказалось, что в нее раньше лазили.
При чем не удачно. Один из косяков и сыграл с нами злую шутку. Но дополнительный вентилятор на охлаждение конечно никто не отменяет.
Проехав еще пару км., мы встали остывать. Высокая трава, загруженность машины, жара и отсутствие вентиляции сделали свое черное дело – двигатель закипел. Тут следует заметить, что на Форд Эксплорере 1-го выпуска система охлаждения АКПП тесно связано с основной. Это и привело к быстрому повышению температуры в системе охлаждения.
Пока он остывал, я решил прогуляться вперед. Дальше дорога была, на мой взгляд, вполне проезжей. Но судьба не дала нам такого счастья – познать короткий путь к цели. Вернувшись назад, я увидел недоуменный взгляд Виктора, сообщившего, что наш Форд не желает ехать. Мотор гудит, а скорость не включается. При ближайшем рассмотрении щупа обнаружилось практическое отсутствие уровня дексрона в коробке.
Итак, середина жаркого дня, мы стоим в 90 км. от места старта, в 8 км. от ближайшего жилья и в 400 км. от места встречи с соратниками. Стала приходить мысль, что «всё, приплыли». Но – надо как-то вырываться из горно-травяной западни. Решение было единственным – кто-то идет в деревню. Этим «кто-то» вызвался я сам, оставив Виктора и моего сына Ваню загорать у машины.
Бодро отмахав километры, часа эдак за полтора я дошел до дома пасечника. Да продлятся бесконечно годы этого святого человека! Он по одному моему взгляду понял, в чем дело, и сразу же засобирался, завел свой новенький, еще не обкатанный Патриот и поехал выручать нашего несчастного Форда.
Пока он собирался, я успел попробовать местный мед. Очень, скажу я, вкусный. А главное – гарантированно не бодяжный. Так что, будете в тех краях, обращайтесь к Коровину Анатолию.
Усилиями УАЗа и его водителя наш страдалец был вырван из плена и дотащен до Верх-Слюдянки.
Патриот пока добирался до Форда, пару раз сам почти закипал. На обратном пути, имея на прицепе 2-тонную машину, ему приходилось еще пару тройку раз останавливаться, для того чтобы остыть. Жара, перепады высот и высокая трава делали свое дело.
Дальше тросом тащить хозяин отказался, но мы были благодарны и за это. Оставив Форда у дома местной старушки, мы уехали обратно к месту старта, в деревню отца. Обладатель УАЗа довез нас. Не бесплатно, разумеется, но за очень умеренные деньги.
За время возвращения (хвала современной связи) мы умудрились позвонить Сорокину Александру (см. список команды), который в это время еще ехал к месту встречи. Он пообещал рассказать обо всем участникам экспедиции. Дальнейшие планы были неясны...
Приехав обратно, мы задействовали ресурсы моих родственников, благодаря чему дядя, живший в райцентре, пообещал на следующее утро привезти нам дексрон и доставить до места стоянки машины.
В эту ночь сон был тревожен, настроение невысокое.

24 июля. Перелом наступил! 90 км. пассажирами на «Волге» и около 300 на Форде.

Верх-Слюдянка – Осколково – Петропавловское – Камышенка - Солонешное – Топольное – берег Ануя.


Утро было смурным и не очень приветливым. Дядя обещание выполнил, привезя литров 12 дексрона. Довольно быстро его служебная «Волга» доставила нас к Форду. Дорога, по которой за сутки мы проехали уже в третий раз, стала просто родной и знакомой до последнего метра.
По прибытии начали реанимационные мероприятия. Уровень дексрона был никакой, сумрачный Виктор полез под машину искать сливную горловину, подумав, что было бы неплохо слить старый, насколько это возможно. Горловину вроде бы нашел и стал сливать. Хорошо, что в канистры... В это время мой веселый дядька рассказывал историю, как один его знакомый, меняя масло в двигателе, слил его из коробки и потом удивлялся, чего это так много масла после заливки нового?
Виктор слил «дексрон» (это мы так думали), затем через горловину щупа коробки мы залили новый. Литра 4, наверное. Решили погонять его, зная, что в коробке масса отделов и её нужно попереключать, чтоб распределить жидкость. Машина, заведясь, стала бешено маслать гидрокомпенсаторами, громко так и обреченно. Что-то не понравилось это нам. Остановили, проверили масло в двигателе – фиг, пусто! Посмотрели на то, что слили – что-то мало похоже на дексрон. Как сказал потом Витя, спутать по внешнему виду было не сложно. Что масло, что остатки дексрона были черны как смоль.
Машина покипела на славу.
Внимательно глянули на место, откуда сливали – точно! Слито из двигателя!!! Смеялись все вместе и очень долго!
С кем не бывает, в конце концов? Залили масло обратно (хотя черноватым оно было) и попробовали переключить передачи. Ура! Берет! Едет!
Первую половину обратного пути принимали решение «ехать-не ехать», вторую – пытались дозваниваться с просьбой подождать нас где-нибудь до Бугузуна. Согласие нами было получено.
Мой родитель пытался нас отговорить, но куда там, поздно. Неужто мы, готовясь целый год, так просто отступим от планов?!
В очередной раз тронулись по до боли знакомой дороге уже ближе к вечеру. Решили гнать до победного, пока не стемнеет. Предварительно я прикинул, что ночевать придется где-то в районе между Топольным и Черным Ануем, совсем недалеко от Денисовой пещеры. Проезжая мимо своротка на Верх-Слюдянку, я внутренне помолился за то, чтобы эта местность нас выпустила. Далее – на Петропавловское – Камышенку – Солонешное – Топольное. Последнее проезжали уже в темноте. Проезжая вдоль речки Ануй, удивились высоченной воде. Река шла чуть ли не по дороге и шумела не хуже Катуни. Мысленно слегка напугались: а вдруг Бугузун тоже вспучило?
Проехав немного от Топольного, мы спустились к Аную недалеко от развилки дороги, правая из которых шла на Усть-Кан и куда нам нужно было дальше. Место было выбрано достаточно удачное, рядом стояли туристы. Готовить вечером ничего не стали, а просто легли спать, чему лично я был не очень доволен...

25 июля. Вперед, в погоню за экспедицией! Почти 500 км.

Черный Ануй – Усть-Кан – Туэкта – Акташ – Кош-Агач – Кокоря – Бугузун.


Только этим утром я ощутил, что путешествие началось! Несмотря на пасмурность, настроение было бодрое. Позавтракав, уже под дождем сняли палатку и поехали. Как мы узнали позже, основная экспедиция этим утром проснулась при отрицательных наружных температурах. Но мы были еще только в начале гор, в относительно низких местах.
Дорога для меня была привычной. Заехали посмотреть Денисову пещеру, я прочитал небольшую лекцию остальным членам команды. Интересно было то, что впервые за все посещения этого места я увидел, как там проходят раскопки. Археологи работали при свете фонарей. Я с ностальгией вспомнил студенческие времена, когда сам участвовал в раскопках древних тюркских курганов.
Заехали в Усть-Кан, созвонились с экспедицией. Они в это время находились уже в Кош-Агаче. Договорились, что нам будут оставлены знаки и ждать нас будут недалеко от первой переправы через Бугузун. От них же мы узнали, что, увы, один экипаж вернулся домой, а именно Бабурины на Судзуки Эскудо. Дал течь пластмассовый радиатор охлаждения. Очень жаль.
Полетели дальше. Туэкта – Иня – Иодро – Акташ. Время шло незаметно. Чуйские бомы не давали расслабиться. Чике-Таман был взят с ходу и без перегревов, что обнадеживало. Настораживало, что машина вдруг стала слегка подъедать масло. Был сделан вывод, что оно непригодно, перегрето. Несмотря на отсутствие времени, решили в Акташе заменить масло, что и было сделано без проблем на СТО прямо у трассы. Теоретически здесь же надо было бы и пропуск в погранзону получать, но было ясно, что не успеем. Решили, что, в случае чего, затеряемся в толпе членов экспедиции, занесенных в пропуск.
Уже в районе 7 вечера выехали из Акташа. Я, было, приготовился показать Виктору и Ване настоящие Чуйские белкИ. Но, увы... Над ними висела огромная грозовая туча. Как нам показалось, не меньших размеров туча ходила в районе Кош-Агача, куда мы ехали. За Акташем мы уже высматривали Сашу Сорокина, который должен был уже попрощаться с экспедицией и ехать обратно, смотреть на «Тюнгурский прорыв» - еще одних безумцев, решивших покорить (и ведь покорили же!) непроходимую старую дорогу Тюнгур-Иня.
Встретили экипаж ВАЗ 2106, ехавший с дровами на багажнике, уже на въезде в Чуйскую степь. Встреча была бурной и радостной. Саша постарался подробно объяснить нам, как проехать к переправе и рассказал о событиях, случившихся в команде за прошедшее время. К сожалению, никто из членов экспедиции не поехал на Кату-Ярык, было потеряно много времени на получение пропуска в погранзону. Через Бугузун все переправились благополучно. Наши последние страхи развеялись.
В момент нашего прощания мимо нас в сторону Кош-Агача пронесся здоровый Ниссан Патрол с новосибирскими номерами. Я не придал этому значения, а Саша, однако сказал, что это очень знакомый джип. Мы поехали, джип вернулся нам навстречу, из окна нам помахали. Мы, тем не менее, поехали дальше. В Кош-Агаче заправились под завязку, дальше долго не будет АЗС. Кроме бензина в баке у нас еще был нелишний, как оказалось, запас бензина в виде пары канистр. В этот момент вновь позвонил Саша и сообщил, что Ниссан Патрол хочет к нам присоединиться. Оказалось, Татьяна и Андрей хорошо знали про наше мероприятие и хотели присоединиться, но думали, что уже опоздали и ехали в этот момент в направлении к плато Укок. Увидев нас и сильно обрадовавшись, тут же передумали и решили ехать с нами. Мы обрадовались не меньше, ибо в преддверии темноты перспектива в одиночку переправляться через неизвестную реку и искать экспедицию неизвестно где нас не очень радовала. А тут – попутчики. Да еще какие! Вообще хотелось бы высказать огромное спасибо Андрею и Тане за их абсолютную комфортность и постоянную готовность прийти на помощь.
Проехав Кош-Агач, взяли направление на Кокоря – последнюю деревню Республики Алтай на нашем пути. Выехав за деревню, вначале чуть не ушли на Ташанту, но вовремя были остановлены местными, возвращавшимися оттуда. Далее были 30-40 километров степной дороги в межгорной котловине. Темнота наступала неотвратимо. Саша назвал несколько ориентиров, в том числе юрту. Увы, этот ориентир встретился нам навстречу, будучи загруженным в грузовик.
Но интуиция не подвела, хотя мы шли без GPS. Мы точно вышли к переправе и сняли записку и флаг «Команды искателей геморроя» с дерева.
Переправу, памятуя, что перед нами её прошли все, взяли с ходу, в кромешной тьме. Дальше ехали просто по дороге, не зная и не понимая, что справа и слева от неё. А экспедиционеров всё не было. Наконец, впереди заметили аварийное мигание машины, как нам казалось, очень близкое. Но через 3-4 км. мы начали сомневаться, мигания больше не было видно. Вернулись назад, посветили мощным фонарем, наткнулись его лучом на юрту на другой стороне реки. Внимательно приглядевшись вновь к мигающим фарам, сделали вывод, что в первый раз не доехали немного. Вторая попытка удалась. К нам навстречу вышел Банин Саша, перехватив нас на дороге.
Наконец-то вся экспедиция собралась вместе! Закончился первый этап наших приключений. Впереди, однако, были гораздо более увлекательные...

Часть третья и основная, геморройно-оптимистическая 
26 июля. Даешь Бугузун! Около 30-40 км.
Как оказалось утром, мы ночевали практически перед второй переправой, гораздо более мелкой, но с крутым подъемом после. Высота над уровнем моря зашкалила за 2000 м., вокруг нас возвышались безлесные горы, за которыми – крутые снежные пики Сайлюгема и Тапдуаира. В долине Бугузуна стояло множество казахских юрт.
Позавтракав и собравшись, впервые экспедиция в максимально полном составе двинулась на покорение бугузунских высот. Нам предстояло подняться на вершину перевала (2600 м. по GPS) и спуститься уже в Туву.
Погода радовала, настроение было оптимистическим, начали продвижение. Сразу же выявилась разница методик организации самого процесса. Джипам было проще: смотри вперед и под колеса и езжай. Короне и Карибу сложнее. Тут сам факт проезда сомнителен, да еще бы целыми добраться, не пробив что-нибудь и не повиснув на камнях или не застряв в грязи. У «команды геморройщиков» метод был достаточно прост. Водитель едет, а пассажиры идут вперед и готовят «трассу». Сколько километров было ими пройдено, сколько камней разбросано, сколько топей проторено и сколько пива выпито в раздумьях! И не счесть. После нашего с ними прохода смело можно ехать по этому пути, по крайней мере, до следующего паводка, который наверняка вновь натаскает камни по проторенной дороге.
Переправа была пройдена без особых проблем, дальше колонна двинулась по постепенно сужающейся межгорной котловине, долине Бугузуна. Вдоль речки стояло достаточно много юрт с пасущимися недалеко овцами. Через некоторое время дорога перешла практически в речное русло. Часть экипажей на джипах ушла вперед, «геморройщики» стабильно и целенаправленно, правда немного медленно, двигались следом. За всё время пути нам встретились пара УАЗов встречных и один догнал и обогнал. Все они были с тувинскими номерами.Машины тувинцев при беглом взгляде были в таком состоянии, что просто диву даешься как они еще где-то на камнях не рассыпались. Однако же...
Примерно посередине всего этого «каменного» пути, в общем составлявшего 2-3 км., стоит некое подобие погранзаставы. Домик и рядом с ним другой «домик» - туалет с каменными стенами и без крыши почему-то. Эти сооружения были построены алтайцами в качестве контрольного пункта, в попытке оградить себя от краж скота со стороны тувинцев. Что поделаешь, у жителей Тувы почему-то считается не зазорным украсть скот у соседей.
Не знаю, действенна ли сия мера, но мы в момент проезда не видели на «заставе» ни души. После неё еще некоторое время дорога шла по руслу с огромными булыжниками, а затем резко пошла в гору, на вершину перевала, к границе двух республик, Тувы и Алтая, и, одновременно, двух горных систем – Алтая и Саян. В этом месте хребта Чихачева, который и является границей горных систем, наиболее удобное и одно из немногих возможных мест проезда на автомобильном транспорте.
Недалеко от вершины наш Форд всё-таки сдулся, вернее сдулась коробка передач и нас дотащил последние метры Ниссан Патрол. Все-таки сказывались последствия первого перегрева.
Хотя, в принципе, можно было бы, дать машине остыть и долить дексрона из запасов и машина своим ходом забралась бы на перевал. Но мы не стали рисковать.
Довольно опасным подъем был для высоких УАЗа и Прадо в силу значительного бокового уклона.
Итак, 26 июля, ближе к вечеру, мы наконец достигли первой контрольной точки нашей экспедиции – перевала Бугузун! Высота по GPS 2600 м. (на карте указано 2608). Перевал был взят всеми экипажами, начавшими штурм. И если для джипов это не было чем-то чрезвычайным, то для двух полноприводных седанов это был момент истины! Сомневаюсь, что до сих пор хоть одна машина такого класса достигла этой точки.
На вершине мы выстроили своих «коней» в ряд и устроили большую фото и видео сессию. Позади нас – Алтай, впереди – неизведанные и диковатые Саяны. Вид их был достаточно суров. Внизу расстилалась высокогорная холодная степь, недалеко виднелись снежники, чуть поодаль – озеро Груша, находившееся в заповедной территории, части государственной охраняемой территории – «Убсунурская котловина». Далеко справа виднелась белая вершина высочайшего пика Саян - Монгун-Тайги, 3970 м. Пика труднодоступного и малопосещаемого в силу отсутствия нормальных подъездов к нему.
То тут, то там в степи виднелись юрты тувинских пастухов. Жизнь есть всюду. По карте на многие десятки километров вокруг нет стационарного жилья.
Спуск в Туву был долгим и неожиданно тяжелым. Если в крутой части подъема с алтайской стороны дорога довольно ровная, то с тувинской спуск идет среди огромных камней, колея малозаметна. Мы даже умудрились посадить наш Форд на задний мост, чуть не свернув булыжник килограмм на 100. Пришлось воспользоваться чудом подручной техники – хай-джеком, любезно предоставленным Евгением Гехтом, омским участником экспедиции. Форд подняли, подложили под колеса камни и благополучно съехали с препятствия.
Спустившись вниз, мы поняли, что с ночевкой будет туговато. Вокруг холодная степь, подъезды к речкам заболочены, деревьев нет. Экипаж Ниссана Патрола решили не останавливаться и ехать в ночь. Рисковые ребята! Мы попрощались, еще не зная, что скоро вновь встретимся. Проехав еще несколько километров, члены экспедиции приняли решение остановиться практически в чистом поле, метрах в 100 от ближайшей речки, Чеди-Тей, в виду сразу нескольких юрт. Не успели мы установить лагерь, как услышали звук мотоцикла. К нам приехали гости – тувинская семья. Молодой парень, оставив жену и маленького ребенка поодаль, подошел и стал смотреть, как мы устанавливаем лагерь. Памятуя про рассказы о злых тувинцах и, имея богатый опыт общения с алтайцами, я благожелательно поздоровался с ним и объяснил, кто мы и зачем здесь находимся. Он оказался вполне нормальным, вменяемым парнем. Им там, на самом деле, просто скучно, каждый день одно и то же, а тут такое событие – семь машин, да еще среди них простые легковушки!
В общем, касаясь наших дальнейших взаимоотношений с тувинцами: мы ни разу не имели с ними никаких проблем, а иногда получали помощь. Не знаю, может это связано с тем, что нас много, но ни разу я не ощущал никакой враждебности с их стороны. Русский язык знают в той или иной степени все, кроме маленьких детей.
Уставшие, мы достаточно быстро легли спать. Тувинец пожелал удачи и поехал к себе домой. Он первым из встретившихся сказал про болота на озере. Мы как-то не придали этому значения. А зря...
Ночью было не жарко, как-никак высота около 2300. Окружающие пейзажи сильно отличались от алтайских. И сам рельеф другой, и суровость ощущалась большая. Белая шапка Монгун-Тайги, которая будет сопровождать нас три дня, также не похожа ни на один из алтайских белкОв. Цвет гор в этих краях повсюду какой-то рыжеватый.

27 июля. Пусти нас к себе, Хиндиктиг-Холь! Около 30-40 км.
Несмотря на высоту, ночью холодно не было. Стоило утром появиться солнцу, как быстро стало теплеть. День вновь с утра задался ясный и тихий, что довольно странно для степи. Быстренько соорудив завтрак и употребив его, мы вновь выстроились колонной. В путь... Трек Евгения Гехта кончался. Уже через полчаса мы перевалили через первую горку, к озеру Ак-Холь. Вообще, с названиями мелких водоемов и речушек в этих местах особо не заморачиваются. Ак-Холь, Кара-Холь, Ак-Суу, Кара-Суу. Всё сплошь черно-белое. Кстати, был даже ручей Ак-Кара-Суу. Перед озером Ак-Холь было, правда, совсем уж маленькое с названием Как-Холь. Не знаю, как оно там переводится, но вода была грязно-коричневого цвета, в отличие от прозрачной и чистой в остальных озерах. В Хакасии разнообразие было еще меньше – сплошные Безымянные речушки и ручьи.
Некоторые из нас, в том числе и я, честно говоря, ожидали увидеть большую почти плоскую межгорную степь. Она, конечно, была похожа на степь, в окружении белых вершин, но перевалы в этой «степи» оказались весьма нехилыми.
Подъехав к Ак-Холь и объехав его слева, мы попали на развилку. Направо, за мост через Шингылдырак шла известная по описаниям дорога на Кызыл-Хая. Налево – один из вариантов проезда на Хиндиктиг-Холь и туда же – совсем уж суровая дорога на Джулукуль. Мы проехали буквально метров 500 и уперлись в болотистое место, переходящее в каменистый подъем с боковым уклоном явно не для высоких джипов. Там же стоял один из многочисленных знаков, обещавших всяческие кары за проезд в заповедную зону одного из участков заповедника «Убсунурская котловина». Странный какой-то заповедник, не сплошной, а участками по всей Туве. Поскольку по карте была еще одна дорога на Хиндиктиг-Холь, к которому мы стремились, решили повернуть туда. У некоторых членов экспедиции вообще возникла отступническая идея поехать известным путем, через Кызыл-Хая. Мягко, но настойчиво, идея мною была пресечена. Не для того упирались, чтобы вот так просто отказаться от идеи!
Все дальнейшие события дня крутились вокруг одного вопроса – как попасть на озеро? Следующий ориентир, который был впереди – речка с веселым названием Моген-Бурен. Вдоль неё, собственно, и шла дорога на Кызыл-Хая, с ответвлением на озеро Хиндиктиг-Холь. Проехав некоторое время вперед, мы поняли, что где-то пропустили сверток. Поиски и переговоры с местными пастухами вывели нас на другой берег реки, и далее по ровной степи мы помчались в сторону перевала к озеру, высотой 2450 м. Но довольно быстро дорога стала куда-то исчезать и привела нас к очередной юрте. Мы на Форде подъехали к самой юрте, чтобы поинтересоваться о путях проезда. Женщина, стоявшая около юрты, убежала внутрь. Оттуда вначале выбежала куча меленьких детей, и что-то залопотала на своем языке. Следом вышел хозяин-тувинец. С трудом говоря по-русски, он, тем не менее, с большой охотой рассказал, куда ехать и как проехать. Хотя «куда» - это всего лишь показать направление. Уехав вначале слегка не туда, мы быстро восстановили правильное направление, выехав на проторенную дорогу. Тувинец, увидев, что мы поехали не туда, даже выскочил еще раз и махал руками в сторону, нужную нам. Вместе с ним бежала уже вся его семья, махая нам в одну сторону.
Однако всё-таки мы вновь заблудились. До сих пор точно не могу понять, где это произошло, где мы ушли правее перевала? Но, с другой стороны, благодаря этому, мы посетили очень красивое место, расположение уже близко к подножию Монгун-Тайги. Дорога, достаточно укатанная, привела нас к спуску в сказочное ущелье, где было расположено старое стойбище, а за углом виднелось небольшое озерцо. Ущелье с достаточно крутыми склонами, обрамленное с одной стороны белыми вершинами, а с другой – зелеными холмами, за которыми должна была быть цель нашего сегодняшнего путешествия. Евгений на всякий случай съездил вниз и проверил версию дороги, вроде бы увиденной в бинокль. Увы, если она там и была, то давно. Посовещавшись, поехали обратно. Буквально через километр сразу несколько человек увидели дорогу, ведущую вправо, в направлении озера, но с нехило крутым уклоном, буквально на вершину горы. Я решил пробежаться пешком в ту сторону. Но вскорости меня догнал лидер «геморройщиков», Вася на своей Короне. Потихоньку, но верно он полз по колее. Я спустился обратно. Минут через 10 ожидания, Вася сообщил по рации, что увидел озеро и СПУСК к вершине перевала, к которому мы, похоже, и стремились. Команда приняла решение ехать следом. С ревом и шумом все постепенно забрались на самый верх. После еще одного спуска и подъема перед нами открылась величественная панорама немаленького высокогорного озера. Начав постепенный спуск к озеру, мы попали на быструю перемену погоды. Только что сияло солнце и было достаточно тепло, даже жарковато. И в один миг налетели огромные грозовые тучи. Озеро, бывшее до этого гладким и ровным, вначале покрылось легкой рябью, а затем стало видно, как поднимаются нехилые волны.
Само озеро находится на высоте 2306 метров над уровнем моря. Со всех сторон оно обрамлено величественными снежными вершинами. Посередине озера находятся два острова, маленький и большой. Последний и дал местным жителям идею названия: «Хиндиктиг» означает по-тувински «Пуп Земли». Ну а холь – озеро, как куль, коль, кёль на других вариантах тюркских языков.
Достаточно позднее время торопило в выборе места ночевки. Виды-то были захватывающе величественные, но настолько же суровые и негостеприимные. Впереди виднелся спуск к восточному берегу озера, где, как мы надеялись, мы найдем место стоянки и попробуем даже порыбачить. Рыбак среди нас был один, Александр, но всем было интересно, какая тут водится рыба и можно ли её вообще ловить удочкой?
Спуск привел нас не просто на берег, он привел нас к дороге по самому краю воды, по песку. Ощущение очень интересное, когда едешь по берегу, а в машину, чуть ли не в порог, бьются довольно здоровые волны и видна необъятная гладь сурового озера. Здесь в песке слегка подзастрял Кариб, но его быстренько вытащил партнер, без участия джипов, пока...
На вершинке небольшого утеса, сразу после дороги по песку, мы и выбрали место для ночевки. Другого-то варианта и не было, честно говоря. Ветер, прохлада, кочковатая земля не очень вдохновляли. Но мы были искренне рады тому, что добрались до второй важной точки путешествия – малодоступного озера Хиндиктиг-Холь. И пока еще мало представляли себе дальнейший путь. В планах в принципе стояла дневка, что поддерживалось, правда, лишь некоторыми членами экспедиции. На всякий случай решили проверить, что там за дорога дальше. А дальше, по крайней мере, на вид, было довольно страшновато. Я, Александр и Роман прошлись по дороге где-то с километр. Там было два варианта – колея по воде, «укатанная» Уралами и «шишигами», глубиной с метр, а то и больше. И «дорога» по мягкой болотистой почве, «гуляющей» под ногами. Я, честно говоря, мало представлял себе, как по ней можно ехать не провалившись, в особенности памятуя свой богатый деревенский опыт молодости, зная, что в таких местах, если сорвал почву колесами – пиши пропало, зароешься в пять минут по самые мосты. Александр уверенно предлагал просто протащить волоком «геморройщиков» по более прочной колее в воде, с заглушенными моторами, чтобы те не получили гидроудар. Хотя я сомневался, что даже УАЗ проскочит такие глубины.
Вечер был слегка напряженным в ожидании завтрашнего дня. Никто уже не хотел оставаться тут надолго. Наш экипаж впервые (и единственный) раз ночевал в машине, вытащив провиант и снаряжение в палатку. Ко всему прочему, дождь накрапывал довольно долго. Было тепло, но всё-таки для троих тесновато, в ширину. В длину никаких проблем не было, даже переднее сиденье раскидывать не было нужно, от его спинки до задней двери больше двух метров. Для двоих Форд-Эксплорер – прекрасное место ночевки.

28 июля. Отпусти нас, озеро! Чуть больше 5 км. по топям, камням, песку и перевалам.
Несмотря на тревожность ожидания, ночью спали как убитые. Утро выдалось ясным и почти безоблачным. Раньше всех вставший Александр совершил героическую попытку ловли местной рыбы. Попытка оказалась неудачной. Судя по отсутствию даже мальков у берега, а также наличию остатков сетей, рыба в столь большом озере ходит косяками, и ловить её удочкой достаточно проблематично.
Слабая попытка некоторых членов экспедиции склонить всех на дневку окончилась безрезультатно. Экипаж на черном Прадо вообще не привык останавливаться больше, чем на ночевку. Евгений из Омска с вечера был зол, однако утром подобрел и сказал, что ему без разницы, как скажет коллектив. Но особенно настойчивы были «геморройщики». Оно и понятно, на их машинах вырваться из плена озера было наиглавнейшей задачей. Как признался впоследствии Роман (на Карибе) – в течение этого дня его посещали шальные мысли бросить нафиг эту технику и думы о вызове вертолета МЧС.
В общем, команда на Карибе и Короне выдвинулась вперед, торить путь и протаскивать свою технику, а все остальные спокойно собирались и наблюдали за результатами продвижения.
Первые 500 м, пролегающих по самому берегу озера, были пройдены легковушками примерно за час, что придало всей команде оптимизма. Джипы потихоньку подтянулись, достаточно бодро пройдя первый заболоченный участок. Потихоньку, в натяг, никто даже и не провалился, не забуксовал. Далее пошла довольно укатанная дорога, идущая всё выше и выше от озера. Подумалось уже, что всё, трудности позади. Тем более, что, согласно карте и GPS, вот-вот дорога должна начать и вовсе уходить от озера.
Вот тут и случился главный облом нашего путешествия. Той дороги, что обозначена на картах, нет и, главное, не было и не могло быть в природе! Почему – поясню дальше.
Как всегда, вперед на разведку уехали оба Прадо. Через несколько минут в эфире раздался слегка растерянный голос Евгения: «А дороги, вроде как, и нету». А что есть? Да болото сплошное есть. Не топи и не трясины, конечно, но очень топко. Для машин, прямо скажем, не самое лучшее место для езды.
Колеи шли по всему обозримому пространству высокого плато. Каждый проезжающий, видимо, пробивал себе новую колею, а, поскольку разбивалась она практически самим проезжающим, следующий ехал уже в другом месте.
Остановились мы приблизительно в том месте, где, по карте, дорога должна уходить резко влево, от озера. Никаких признаков такого варианта не было замечено. Внимательно осмотрели окрестности в бинокли. Осмотр предполагаемого направления не дал ничего, даже признаков колеи нет. Впереди, по ходу «дороги» вдоль озера, очень вдалеке виднелась колея, судя по всему, обходившая всё озеро. Это уже радовало, по крайней мере, впереди что-то есть, какое-то направление, т.е. выход должен быть.
Мы с Александром (на УАЗе который) вызвались прогуляться наверх, в сторону пути, указанного на картах, чтобы уж полностью убедиться в его отсутствии или наличии. Кто знает, может где-нибудь есть проезд? Остальные продолжили разведку вдоль озера. Самое интересное, по карте там не было дороги, вернее, они соединялись где-то выше, куда мы собрались прогуляться.
Выход с биноклем оказался весьма познавательным и интересным. Примерно минут сорок мы продирались наверх, через кусты, камни, заболоченные места. Наверху нам открылся чудный вид каменно-болотистого мохового плато, вершина Монгун-Тайги и никаких, даже самых малейших, признаков дороги. При этом в начале пути было видно, что не один пытался проехать как можно дальше именно вверх. Увы, каменные завалы, кусты и сырость не дали никому ни одного шанса. Всё, что мы выяснили и к чему пришли – это то, что видимая вдалеке дорога вдоль озера должна, по идее, обязательно вывести наверх и далее в долину реки Каргы, ведущей к желанной цивилизации – поселку Мугур-Аксы. Ведь за весь предыдущий и за весь этот день мы не увидели ни одной машины, и ни одного человека.
Вернувшись обратно, мы увидели экспедицию в том же состоянии, машины стояли вразнобой на заболоченных колеях. Пока, правда, никто не застрял, но никто, собственно, и не ехал. Однако времени зря никто не терял. Проведенная пешая разведка подтвердила нашу идею о единственном пути. Все колеи сходились к последнему спуску к озеру, после которого начинался подъем на перевал, ведущий, скорее всего, к обещанной в путеводителе по Туве «лучшей, которая поднимается по руслу реки Каргы и подходит к восточному берегу озера Хиндиктиг-Холь» (отсчет шел от Мугур-Аксы). Далее там написано: «Другая идет на Кызыл-Хая (видимо, худшая), оставляя гору Монгун-Тайга справа. Соединяются обе дороги у озера Ак-Холь». Всё правильно, там они и соединяются, но как хочется спросить у автора текста, какого черта обманывать несчастных автотуристов, обещая им «хороший» проезд вокруг озера?
Процитирован путеводитель «Тува» из серии Ле Пти Фюте, выпуск первый, стр. 158.
Начали пробиваться. За время проезда двух обширных заболоченных участков и коварного начала подъема от озера застревали все, кроме черного Прадо и, как ни странным может показаться, Короны! Вася с помощью своих уникальных штурманов медленно, но верно прошел весь маршрут без единого застревания.
Справедливости ради следует сказать, что УАЗ застревал только по причине того, что достаточно долго тащил за собой Кариб. Да и из застреваний всех выбрался самостоятельно и быстро. Всё-таки это изделие российского автопрома остается уникальнейшим по своей практически тракторной проходимости. Включив передний мост и пониженную передачу, Александр вылезал из таких ям, где, казалось, можно остаться навеки.
К чести нашего Форда, мы застряли только один раз, зато весьма крепко. Если бы мы догадались раньше применить метод штурманства, скорее всего, удалось бы избежать и этого. Вытащил нас опять же УАЗ, хотя казалось, что авто весом меньше, чем Форд, не может вытащить его из такой трясины. Трос длиной 10 м. в процессе вырывания Форда растянулся еще метра на два, пока, наконец, застрявший буквально не выпрыгнул из грязевой бездны.
Второй обширный заболоченный участок мы проходили уже научным методом, тщательно исследовав и запомнив путь, проходя его участками, от твердого к твердому, в несколько приемов.
Последним значительным препятствием был проезд по песчаной косе-пляжу и резкий подъем вверх, по весьма кочковатой колее. Первыми проскочили Прадо, колбасило их нехило, переваливались с боку на бок так, что, казалось, вот-вот перевернутся. «Геморройщики», как всегда, начали с того, что проторили себе путь, всё просчитали и довольно просто и удачно проехали. Последними были Форд и УАЗ.
Пока все остальные проходили это препятствие, Прадо бодро полезли наверх и отрапортовали, что буквально через пару километров вершина перевала, в районе которой колея соединяется с другой, ведущей с противоположных берегов озера, а общая дорога спускается в долину речки. Наконец-то все облегченно вздохнули. Озеро все-таки нас отпустило.
На вершине перевала, всё еще в виду озера и нашего прошлого бивуака мы организовали нашу очередную стоянку, ибо время подходило к закату. Еще ни разу я лично не ночевал практически у вершины горы, при наличии автомобиля.
Здесь же мы увидели табличку, стоящую к нам обратной стороной. С лицевой, т.е. с той, куда мы собирались ехать, были написаны строгие слова про заповедную зону. Странно, мы не заметили, как и где в неё въехали. Прикольно, не въехав, выезжать из заповедника...
Вечером все расслабились, приняли по паре рюмок, а кое кто и побольше даже, от чего утром некоторых слегка потряхивало. Но стрессы предыдущих двух дней стоили того.
Сон был крепок и чист...

29 июля. Вперед, на Мугур-Аксы, к цивилизации! Немного больше 100 км. по проселку и щебенке.
Несмотря на высоту около 2500 м. ночью было довольно тепло. Утро выдалось ясное, небо чистое. Быстренько позавтракав, выдвинулись дальше. Дорога спускалась в долину речки Каргы по достаточно петляющему спуску. Но не было заболоченных участков, как не было и больших камней. К полудню стало жарко. Спустившись вниз и проехав небольшой лес, попали в большую межгорную колтовину-степь. Слева продолжали возвышаться белки Монгун-Тайги, где-то слева текла речка. В очередной раз возникла небольшая проблема с направлением движения, мы чуть не ушли левее, в сторону высокогорья. Дорога шла то по степи, то поднималась на очередной достаточно крутой перевал. Километров через 30, немного не доезжая до очередного озера Ак-Холь, мы впервые за три дня встретили машину. Это, конечно, был УАЗ, но сам по себе факт того, что на дороге появились автомобили, радовал и окрылял. Слева я заметил мост через речку, но, поскольку Мугур-Аксы стоит вроде бы на том берегу, по которому мы ехали – решили не переезжать, а двигаться дальше по правому берегу. Дорога привела нас к довольно глубокой переправе. Пожалуй, самой глубокой из до сей поры встречавшихся. Мы все благополучно её миновали под начавшимся вновь дождем, но советуем всем, кто поедет по нашим стопам, переехать речку выше по мосту.
В долине реки стало наблюдаться довольно оживленное движение. Уже не только пастухи, но и другие жители куда-то ехали на грузовиках, УАЗах и Газелях. Было заметно приближение какого-то достаточно большого по местным меркам населенного пункта. Буквально за 5-7 км. до деревни нашу колонну остановил милицейский УАЗ. Как оказалось, они просто спросили, не видели ли мы на пути перегонщиков со стадом? Кто его знает, стада-то мы видели, а вот перегоняли их или просто пасли – не знаю.
В деревню въехали под дождем. Мугур-Аксы – районный центр Монгун-Тайгинского района. До недавнего времени дороги туда вовсе не было, даже из Кызыла. Сейчас она есть. Но, судя по тому, что в деревни мы наблюдали только КАМАЗы с углем, УАЗы и немножечко Нив, а на местной АЗС, кроме 80-го бензина, ничего не было – дорога, видимо, оставляла желать лучшего.
Первое, что мы сделали – совершили набег на местные магазины. Если у большинства членов экспедиции - обладателей джипов запас еды был на весь период пути и необходимы были только пиво, хлеб и для некоторых всякие чудеса цивилизации типа йогуртов, то «геморройщики» с их маленькими багажниками практически всё съели за предыдущие дни. Кое-кто даже попытался найти в деревне душ, обратившись в здание с гордой надписью «гостиница». Наивные...
Здесь же я опросил местных жителей на предмет короткой дороги на Шуй, чтобы выехать сразу в сторону Ак-Довурака. Информация о её существовании была почерпнута мною из сайта Электростальского клуба туристов. Однако местные удивленно качали головами и говорили, что такой дороги нет. Не знаю, откуда у электростальских туристов такие сведения, но дальнейшее, что мы видели, подтверждает скорее правоту местных жителей.
Закупив продукты и пивом, взяв в местной пекарне свежайший душистый хлеб и заправившись бензином (пришлось некоторым разбавить в баках 92-й 80-м., ибо до следующей заправки 170 км., а запасы кончались), выдвинулись колонной, пропустив вперед УАЗ, как наиболее медленный, по нашим представлениям, автомобиль. На следующий день мы убедились, что иногда и на некоторых «трассах» УАЗ бегает быстрее, чем любой другой автомобиль.
На выезде из деревни мы увидели скульптурную группу главных представителей местной фауны – двух сусликов. Этих длиннохвостых любопытных животных ежедневно сотни перебегало дорогу перед машинами. Их писк слышен весь день отовсюду, стоит только съехать в долину. Композиция представляла собой огромного суслика метра три высотой, стоящего столбиком, и суслика поменьше, стоящего рядом с ним на всех четырех лапах.
Дорога приближалась к границе с Монголией. Мы проехали сверток на Кызыл Хая, откуда могли выехать на эту трассу, если бы не пошли на озеро. Наконец, впереди я увидел вдалеке огромное озеро. Посмотрев по карте, я понял, что это Уурэг-Нуур, находящееся уже в Монголии, горько-соленое озеро, размером примерно с Хиндиктиг-Холь.
Смотря во все глаза на озеро, мы чуть было не пропустили встречный Ниссан-Патрол Андрея и Татьяны! Удивлению и радости не было предела! Оказывается, той ночью, когда мы вместе спустились с перевала, и мы остались на ночевку в степи, они поехали дальше. Прошли дорогой через Кызыл-Хая (подтвердив, что там есть ужасные каменные участки, на которых они порезали два колеса), к ним по пути приставали какие-то местные (всё-таки в одиночку ездить по Туве еще опасно). Дальше они проехали до Хакасии, отдохнули ночь на базе «Снежный барс» и поехали обратно, потому что дольше решили ехать на Укок! Ну и фанаты, пойти обратно тем же путем! Они же нас предупредили, что эта неплохая пока дорога, по которой мы едем, превратится в такую трясучку по равнине и булыжники на затяжных перевалах, что будет еще непонятно, что хуже – медленная езда по бездорожью или такая же – по «стиральной доске».
Пожелав друг другу счастливого пути, двинулись дальше. Проехали мимо погранзаставы, нас никто не остановил. Прямо дорога была закрыта и вела в Монголию, налево уходила в горы на крутой перевал Коге-Дава. Не удалось запечатлеть на фото его реальную мощь. Серпантин был такой, что Чике-Таман отдыхает и нервно курит. Я не был в таких местах, как Тянь-Шань, но по суровости сам перевал и дальнейший длинный спуск с него вызвал у меня мысли именно о тех краях. Сужу об этом только по отзывам бывавших на Тянь-Шане, и фотографиям. Камни, серпантин с очень крутыми поворотами, крутизна подъема, щебенчатая дорога – хорошо, что было не жарко, и никто не перегрелся до вершины. Здесь я внутренне убедился в том, что через хребет Цаган-Шибету вряд ли есть еще один проезжий перевал, т.е. прямой дороги до Шуя видимо нет. Хотя впереди было еще одно место, где, судя по карте, могло быть ответвление на север.
На вершине стоял «Обо». «Обо» – на первый взгляд нагромождение камней с воткнутыми палками, на которые местные жители повязывают ленты. В Туве причем это не те ленты, что мы привыкли видеть на Алтае, в виде простых обрывков. Там это очень яркие, специально изготовленные для этих целей полоски ткани с монгольскими надписями и буддистскими знаками. Интересно смешение язычества, признаком которого являются вершинные обо, как места поклонения и жертв местным духам, с буддизмом, которого придерживаются большинство тувинцев. Такие обо стоят всюду, на любом мало-мальски серьезном перевале.
Вершина перевала была одним из самых близких мест к границе на нашем пути, судя по всему, всего пара километров отделяла нас от Монголии, в сторону которой с вершины шло ответвление дороги.
Дело близилось к вечеру, нужно было искать место ночевки. Впереди, судя по карте, дорога шла вдоль реки Барлык. Недалеко от вершины мы встретили большое стадо яков-сарлыков, таких коров, сильно заросших шерстью. Далее дорога имела всё тот же «тяньшанский» вид. С одной стороны очень бурная река со снеговой водой нулевой температуры, с другой – крутые горы со снежниками, до которых было рукой подать. Еще около 20 км. мы спускались вниз, прежде чем обнаружили пригодную для стоянки площадку, в месте, где был огорожен загон для овец или яков, совсем рядом с дорогой. Выбора особого не было, и мы встали лагерем. Хотя реально, проедь мы еще около 5 км. – место нашли бы получше, в долине, в стороне от дороги.
Ночью мимо нас проехали несколько КАМАЗов с углем в сторону Мугур-Аксы и навстречу им пустые. Был момент, когда один ждал другого, пока тот проедет навстречу по сужению дороги. Да, не позавидуешь такой работе – ездить по узким горным серпантинам и крутым перевалам на тяжелой груженой технике. Это не Чуйский или Усинский тракты, асфальтированные и благоустроенные.

30 июля. От «зубодробильной» щебенки к асфальту и окончательному выходу к цивилизации! 330 км., от Барлыка до Алаша.
И вновь утро радовало. С вечера ходили опасные тучки, а утро встретило ясным солнцем, чистым небом и хорошим настроением. Позади остались, как мы считали, самые трудные участки (увы, не для всех это было так). Впереди ждали новые, неизведанные места, но уже с нормальными дорогами и достаточным количеством населенных пунктов.
Буквально через несколько километров мы увидели небольшой придорожный комплекс с местными жителями, обслуживающими магазинчик и кафешку. Тут же было несколько более пригодных для стоянки полян. И здесь же рухнула последняя надежда на существование прямого пути на Шуй. Местные жители еще раз подтвердили её отсутствие, да мы и сами увидели.
Дорога резко повернула направо и из долины Барлыка перешла в долину речки Арзайты. Спуск кончился, начался затяжной подъем, вновь закончившийся для нашего Форда закипанием недалеко от вершины перевала. Стояла приличная жара. Дорога после перевала спустилась в обширную степь, обрамленную с одной стороны горами хребта Западный Танну-Ола, а с другой виднелась Монголия. Степь выжженная, сухая, с небольшими вкраплениями кустарника в районе высохших русел речек. Дорога из просто тряской превратилась в абсолютно зубодробильную. Особенно плохо было седанам, Короне и Карибу, которые всё время съезжали на полевые пыльные объезды. Джипы держались молодцом, в особенности УАЗ, который через несколько километров вдруг перестал медленно тащиться впереди колонны и попросту ушел в точку. Когда колонна догнала загорающих на обочине Александра и Виталию, был задан резонный вопрос: «Чего это так резко поменял стиль езды?» Но что был получен ответ: «А когда быстро едешь, кочки незаметны». Так мы и продвигались, не колонной, а кучками машин и рывками. Возле деревни Саглы в бинокль воочию рассмотрели пограничные укрепления – забор из колючей проволоки.
Трясучка порядком доставала, на одном из последних перевалов (кажется это был Сап) на изломе вообще были огромные булыжники, объезжать которые оказалось не самым легким делом. Машина и так на издыхании, да еще приходится притормаживать и с трудом переваливаться через препятствия. Встречных машин было мало, по большей части УАЗы или старые Москвичи без номеров.
Наконец, более чем через сотню километров впереди замаячили признаки асфальта и цивилизации. Мы подъезжали к районному центру Хандагайты, кое-кто на последних каплях высокооктанового бензина. Подзаправившись и в последний раз, взглянув на близкую, но пока недосягаемую Монголию, двинулись дальше, в сторону Чадана. Дорога ровная, асфальтированная. Через 25 км. от Хандагайты – крутой перевал Хондергей, после которого все 65 оставшихся километров представляют из себя сплошной спуск в огромную межгорную котловину, долину Хемчика. Размахи пространства поистине космические. Всю долину, шириной, наверное, больше сотни километров, окаймляют белые вершины гор Танну-Ола с одной стороны, и хребтов Хемчикского и Сайлыг-Хем-Тайга с другой. Сама долина – не просто степь, а цепь невысоких хребтов фантастически-лунного вида, между которыми большие открытые пространства и реки.
Развязка дорог у Чадана стала местом первого расставания. Часть группы, а именно «команда искателей геморроя» направилась в сторону Кызыла, решив поподробнее осмотреть Туву. Все остальные повернули налево, на Ак-Довурак и дальше в Хакасию, по заранее намеченному маршруту. 80 км. пролетели незаметно. Немного поплутали в райцентре Кызыл-Мажалык, в поисках выхода на трассу в сторону Саянского перевала. В Ак-Довураке были остановлены местными гаишниками и переписаны в толстый журнал. Дело шло к вечеру, стали искать место для стоянки. Вокруг степь, никаких признаков более-менее укромного места с водоемом. Уже почти смирившись на очередную стоянку, открытую всем ветрам, мы доехали до реки Алаш, крупного притока Хемчика, и справа от дороги, не переезжая реки, нашли уютную стоянку, невидимую с трассы, прямо на берегу.
Впервые за несколько последних дней ночь была теплая, тихая. Мы спустились приблизительно до уровня 1000 м. над уровнем моря, где климат значительно мягче.

Часть четвертая, заключительная

31 июля. Здравствуй, Хакасия! 100 км. от Алаша до Снежного Барса.
Первая, хоть и не полноценная, дневка!
Силы природы продолжали радовать. Яркое солнце, красивые горы, чистая река. Как хотелось уже простого человеческого отдыха, без гонок и преодоления проблем. Кажется, в этот день мы получили, что хотели.
Дорога на Саянский перевал представляет из себя очень качественную трассу, с минимальным трафиком. Машин практически вообще не было. Около 80 км. мы постепенно поднимались вверх по долине реки Ак-Суг (всё-таки как мало фантазии у местных на названия, вновь «Белая река»). Где-то ближе к перевалу на трассе стоит стационарный пост ГАИ, в котором сам гаишник попросту живет вместе с семьей и проверяет все проезжающие машины. Из Тувы, как известно, идет большой поток дури, анаши, и этот пост призван быть одним из контрольных препятствий на пути наркокурьеров. Уж не знаю, насколько он выполняет свою задачу.
Ближе к перевалу дорога стала ненадолго щебеночной. Перевал оказался, как и многие до него, нешуточным. Высота 2206 метров, вновь близко снег, вновь недалеко от вершины машина закипела.
Хакасия, в которую мы въехали, была совершенно иной, не такой, как Тува. Высокие таежные хребты, лес насколько хватает глаз. Лес лиственный, мшистый, влажный. Погода стала немного портиться, набежали тучи. По плану у нас было посещение турбазы «Снежный барс», с ночевкой.
После довольно затяжного спуска дорога привела нас к речке Большой Он. На самом деле Он не очень-то большой, но красивый. Через несколько километров мы увидели указатель налево: «Снежный Барс». Турбаза стоит в паре километров от трассы, в месте, где раньше, видимо, была деревня, на большой лесной поляне, в окружении лиственниц. По алтайским меркам ничего особенного, пара двухэтажных корпусов, несколько одноэтажных, удобства на улице, между корпусами деревянные «тротуары». Неплохая баня на берегу ручья. Но, поскольку в этих местах с турбазами не так хорошо, как на Алтае, от туристов, в том числе иностранцев, просто отбоя нет. Из нашей команды часть решили воспользоваться услугами и устроиться в коттедже, часть по привычке развернула палатки. Остаток дня провели в полном спокойствии, попарились в бане, немного отметили прохождение очередного участка пути, пообщались с местными. Спать легли умиротворенные и отдохнувшие.

1 августа. Расставание с командой. 280 км. от Снежного Барса до Абакана.
Утро было лично для меня ужасным. Примерно в полшестого местный коневод-тувинец привязал к шеям двух лошадей большие «царь-колокола» и выпустил скотину пастись прямо по территории турбазы. Почему-то самая сладкая травка росла прямо у входа в палатку. Несколько раз я пытался отогнать лошадей, одна всё поняла и ушла, вторая упорно возвращалась. Причем разбудили они не только меня, но также и половину отдыхающих базы. В итоге я высказал работникам всё, что я думаю про хозяина лошадей и хозяина базы. Впечатление от и так не блещущего сервиса было окончательно испорчено. Вряд ли я когда-либо еще воспользуюсь услугами этого заведения. Помимо «лошадиной» проблемы возникла еще и проблема у одной из членов команды, Натальи Гехт: она сильно порезала ногу у входа в коттедж о какой-то торчащий гвоздь.
Тем не менее, общий настрой был боевым, хотя и немного грустным. Александр, обладатель УАЗа-проходимца, всё еще надеялся, что остатки команды пойдут-таки по всему намеченному маршруту, в том числе из Хакасии в Шорию по бездорожью. Остальные смотрели не так оптимистически, да и подустали уже. Поскольку обладатели Тойот Прадо в Хакасии уже были, они решили ехать без остановок домой. Мы же на Форде и Александр с Виталией решили проехать по Хакасии с чувством, толком и остановками, посетить древние курганы, Саяно-Шушенскую ГЭС и прочие достопримечательности, потратив на это пару-тройку дней. Оба Прадо выехали раньше, мы тепло попрощались, поблагодарили друг друга за взаимовыручку и прекрасную компанию. Было немного грустно.
Дальше поехали на двух машинах. Как оказалось, недолго. Погода была дождливой, что придавало особый шарм окружающей природе. Тайга, туман, в том числе над рекой, абсолютная чистота, хорошая трасса. Достаточно долго ехали вдоль красивой реки Она. Именно по ней на следующий год я впоследствии предложил сплавиться команде, с которой проходили год назад по Чарышу. План, надеюсь, осуществится.
Между Оной и городком Абаза нам встретились несколько нехилых перевалов, на одном из которых Форд вновь начал капризничать. Всё те же проблемы с коробкой передач. Было принято волевое решение: чтобы не грузить нашими проблемами Александра и Виталию, я передал им все материалы по Хакасии, рассказал, что где посмотреть, и мы расстались. Наш дальнейший план был суметь добраться до дома, до которого оставалось больше тысячи километров. Доехали до Абазы, после которой было еще два перевала. Наконец, спустились в широкую долину, Енисейскую котловину, колыбель многих цивилизаций, остатки которых разбросаны по всей степи в виде могильников и курганов. Можно до бесконечности рассказывать про богатейшую историю этого края, тем более, что я, будучи студентом, двадцать лет назад был здесь на археологической практике. Но обо всем можно почитать в путеводителе по Хакасии издания Ле Пти Фюте, написано достаточно подробно.
Увы, нам было не до красот. Хотя после Таштыпа мы вновь ненадолго встретились с УАЗом в районе памятника истории «Уйбатский чаатас». Дальше наши друзья повернули в сторону Саяно-Шушенской ГЭС, а мы продвигались дальше, к Абакану.
Всё шло достаточно нормально, пока в районе Абаканской окружной дороги из района правого переднего колеса не раздался ужасный скрип и треск. Осмотр показал, что ступичному подшипнику пришёл кирдык. Приплыли... Найти СТО, да еще найти правильный подшипник в Абакане в вечернее время? Практически нереально. Кое-как докондыляли до ближайшего СТО, которое оказалось достаточно близко.
Несмотря на все передряги дня, нам везло в чем-то. Первым нашим везением в этот день было то, что Форд сломался всё-таки в городе. Вторым – что хозяин и он же мастер СТО оказался специалистом по «американцам», что в Абакане само по себе, наверное, большая редкость. И третьим везением было, что команда геморройщиков, оказавшаяся в этот же день в Абакане, позвонила нам. В итоге я отправил с ними сына, поскольку было непонятно, что нас ожидает в дальнейшем. Спасибо вам, команда искателей геморроя, еще раз!
Итог дня: ступица с трудом, но разобрана, остатки подшипника сняты, мы остались ночевать в машине, чтобы на следующий день вместе с мастером заняться поисками запчастей и ремонтом. Наш сон охраняли несколько бездомных собак.

2 августа. Трудности ремонта и короткий рывок за Абакан, около 80 км.
Как здорово всё же, что в мире много хороших людей! Наш мастер абаканского СТО полдня катал нас по городу в поисках подшипника, потом договаривался со слесарями о расточке вала ступицы, чтобы подогнать почти подошедший подшипник от «Соболя». Он же и поставил всё на место. И всё с шутками-прибаутками.
Из Абакана выехали почти в 9 вечера. Виктор было заявил, что неплохо было бы поехать без отдыха, меняясь за рулем, на что я резонно заметил, что мы вообще-то отдыхаем. Вокруг Абакана сплошная степь, только через примерно 80 км. мы на перевале встретили густой березовый лес с красочными полянами. Красочность, правда, обнаружилась утром, а приехали мы в глубокой темноте. Поужинали, и спать... Это была последняя «палаточная» ночевка.

3 августа с плавным переходом на 4-е. Трудный финиш. 850 км. до Новосибирска.
Утром встали выспавшиеся и бодрые. Предстояла заключительная часть пути. По совету мастера СТО мы не стали поворачивать на Ширу. С М54 мы свернули уже в Красноярском крае, в районе Новоселово. Далее наш путь лежал через Ужур на Шарыпово. После Шарыпово мы проехали мимо красивейшего озера Инголь, памятника природы. Увы, времени на осмотр не было. В Кемеровскую область въехали через небольшой платный мост через реку Урюп. Далее дорога, то щебеночная, то асфальтированная, идет в направлении на Тисуль, затем через окраину Мариинска выходит на М53. Щебенки осталось, на мой взгляд, километров 30-40, не больше. Отроги Кузнецкого Алатау имеют свой шарм, это лесистые зеленые невысокие горы, с большим количеством чистых озер. Наверное, немало мест отдыха там есть.
Машина стала капризничать всё больше и больше, глотать и выплевывать дексрон литрами. Не доезжая почти сотни километров до Кемерово, мы уж вовсе отчаялись, потратив практически все оставшиеся деньги и подумывая вызывать эвакуатор. С грехом пополам, на скорости 30-40 км/час добрались до Кемерово, уже глубоким вечером, заняли у родственников Виктора немного денег. Я, до этого практически весь путь сидевший за рулем, уступил его Виктору и уже под утро мы, наконец, уставшие, измотанные последними тремя днями, но всё-таки счастливые от осознания сделанного, прибыли домой! Остальные члены команды приехали кто раньше нас, а кто и попозже.

Итоговые выводы.
Главный организационный вывод – надо тщательнее готовить технику. В отличие от нас, остальные члены команды подготовились в этом отношении лучше. Но кто, с другой стороны, знал, что в коробке передач Форда кроется какой-то большуший косяк? Оказалось, была сильно изношена шейка вала гидротрансформатора коробки, из-за чего она в процессе поездки стала всё больше и больше греться и пожирать дексрон.
Тем не менее, мы прошли около 3300 км., увидели много нового и неизведанного, прошли разношерстной командой, в которой были не только джипы, но и простые полноприводные седаны, автомобильный маршрут 4-5 категории сложности. Яркие воспоминания остались у всех членов команды. Мы брали перевалы в 2600 м., достаточно глубокие броды, заболоченные участки вокруг величественного озера Хиндиктиг-Холь. Такого количества значительных перевалов, больше двух десятков, я еще ни разу не преодолевал в течение одной поездки. Все мы еще раз убедились, насколько разнообразна природа Алтая и Саян. А главное, на нашем пути всегда встречались люди, готовые оказать посильную помощь.
Планы следующего лета в основном сформированы. Главный из них – сплав по Оне.
ПРИМЕЧАНИЕ. В фотоальбоме использованы фото, снятые участниками экспедиции: Гоппе Константином, Анисько Виктором, Гехт Евгением, Гершензоном Александром, Петроченко Василием и компанией "геморройщиков", Баниным Александром.

Фотоальбом поездки
Ниже фотографии и комментарии к ним автора. WildDim.

Участники экспедиции
    

Фотоальбом экспедиции
    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

    

 


Маршрут путешествия.
Красным отмечены места стоянок. Путь, пройденный экспедицией в полном составе, обозначен зеленым.

Отчет Гехт Евгения.
Отчет Петроченко Василия.